Одесская опера: «Кто может сравниться с Матильдой моей...»

Когда речь заходит о скандале в Одесском национальном театре оперы и балета, артисты начинают напевать арию Роберта: “Кто может сравниться с Матильдой моей?” из оперы Чайковского “Иоланта”, намекая, что замешана в нем женщина.

ПРИЧЕМ скандал этот вышел на уровень Посольства Федеративной Республики Германии в Украине и уже прокатился вздорными слухами по Европе. Вовсе не шуточный оборот события приняли 21 мая, когда на предпремьерный прогон оперы Пуччини “Турандот” вахтеры не пустили немецких постановщиков спектакля — режиссера Кристиана фон Гетца, художника Лену Брексендорфф и хореографа Верену Хирхольцер.

Простояв несколько часов у стен театра, немецкие специалисты связались по телефону с Посольством ФРГ в Киеве. Из посольства начали звонить заместителю директора Одесской оперы по основным видам деятельности Светлане Холденко, отдавшей странный приказ “не пущать”. А разрядилась ситуация только после того, как в нее вмешался министр культуры и туризма Украины Михаил Кулиняк.

Исполняющий обязанности худрука Одесского оперного театра заслуженный артист Украины Алексей Ботвинов отмечал, что еще в марте к и.о. генерального директора театра, народному артисту Украины Анатолию Дуде пришли главный дирижер театра, народный артист Молдовы Александр Самоилэ и Светлана Холденко и начали настаивать на растор­жении договора с Кристианом фон Гетцем. Свое пожелание они объясняли неприемлемой “сложностью” режиссерского видения спектакля и пеняли на слишком “модерновые” декорации. Анатолий Дуда сумел тогда погасить конфликт и отстоял режиссерскую трактовку Кристиана фон Гетца.

— Процесс репетиций для Кристиана фон Гетца превращался в сплошную нервотрепку, — говорит Алексей Ботвинов. — Он неоднократно жаловался на “саботаж” со стороны Светланы Холденко. Свои претензии к Холденко режиссер даже заявил на расширенной дирижерско-режиссерской коллегии, проходившей в апреле. Мне самому тогда пришлось включиться в борьбу с организационной бестолковостью, которой почему-то сопровождались репетиции.

За пару дней до премьеры “группа товарищей” без ведома режиссера-постановщика потребовала от Дуды изменить основной актерский состав спектакля. После бурных объяснений Анатолий Дуда оказался на больничном с гипертоничным кризом, а Светлана Холденко приступила к решительным действиям.

Несмотря на противостояние, премьера “Турандот” прошла с большим успехом. Правда, немецкий режиссер был огорчен тем обстоятельством, что в спектакле не по его воле были произведены некоторые изменения.

Светлану Холденко, “пересидевшую” в театре десяток руководителей, артисты называют “теневым директором”, свое­образным серым кардиналом. На одной из пресс-конференций журналистам представили справку-выписку из архивного личного дела Холденко, где значится, что ее дважды отчисляли из Одесского инженерно-строительного института (сантехнический факультет) и окончательно отчислили с третьего курса вечернего отделения за неуспеваемость. Еще в 2005 году тогдашний начальник управления культуры и туризма облгосадминистрации Юрий Кузнецов обращал внимание руководителей театра на то, что по утвержденному Министерством труда положению “должность заместителя директора может занимать лишь лицо, имеющее высшее образование и владеющее соответствующими специальными знаниями”.

Работники театра отмечают, что за этим обращением не последовало никаких мер. И вот уже Холденко, не имеющая базового музыкального образования, берется решать творческие вопросы и давать советы творческим руководителям коллектива.

Не сумел вовремя решить кадровые вопросы и Анатолий Дуда, исполняющий с прошлого года обязанности генерального директора театра. Не чувствует уверенности и Ботвинов, также являющийся и.о. художественного руководителя театра.

В открытом письме, с которым Дуда и Ботвинов обратились к отраслевому министерству и региональным властям, отмечается, что очень сложно быть “исполняющими обязанности” и при этом строить какие-то долговременные планы и решать сложные творческие задачи.

“Не являясь аппаратчиками и управленцами, — подчеркивается в письме, — мы оказались не готовыми к подковерным интригам, саботажу и к откровенным угрозам со стороны людей, на протяжении долгих лет являющихся теневыми руководителями, контролирующими финансовые потоки в театре, и обеспокоенными, что их авторитет и влияние в коллективе стремительно улетучиваются”.

Авторы письма считают, что деятельность театра должна быть проанализирована серьезной комиссией, а Министерству культуры и туризма пора уже определиться, кто без приставок и.о. должен определять политику театра