Испанцы и итальянцы всерьёз считают, что их национальная особенность состоит в том, что они появляются на свет уже уставшими. Поэтому жизнь для них – полигон для релаксации, а сиеста – её основная цель. Два полярных локуса бытия: от рождения до ухода «ad paters» или «irse al orto potrero» – «отправки на другое пастбище» – такой идиомой обозначают испанцы жизненный финал, являются пространством массового празднично-карнавального отдыха, раблезиански-жизнерадостного, насыщенного танцами, музыкой, весельем и, конечно, едой.

Сиеста – это послеполуденное время для расслабляющего отдыха, но в интерпретации Елены Щёкиной она трансформируется в фиесту – пиршество так называемого телесного «низа», разноцветное, многолюдное, освобождённое от стесняющих одежд. «Сиеста I» «Сиеста II» и другие подобные сюжеты напоминают киношную раскадровку ленты, в которой сочетаются динамика и статичность, уход натуры внутрь самой себя и фонтанирующая эмоциональность. 

Особенность средиземноморского менталитета точно подсмотрела художница. Запечатлённая ею сиеста в разнообразных проявлениях является убедительной иллюстрацией того, что представляет собой культура повседневности у двух географических соседей – итальянцев и испанцев. И не только культура, но и особенности национальных отдыха и празднеств. Итальянцы – более импульсивные в её картинах представлены типичными «фиестианцами», жители Испании – в большей степени интроверты – тяготеют к «сиестианскому» времяпрепровождению. 

Елене Щёкиной удалось, на мой взгляд, главное – точно зафиксировать и передать не только «предлагаемые обстоятельства», но и настроение фигурантов её сюжетов. Предумышленная неотчётливость лиц в её живописных «массовках» ничуть не ликвидирует их индивидуальностей. Цвета – вроде и не режущие броско, по-южному, глаз, не лишают сюжеты художника яркости и праздничности.